Своевременная настройка пианино

Школа с музыкальным уклоном – это почти как интернат, только без проживания – ты с восьми до восьми учишься общеобразовательным предметам вперемешку с сольфеджио, музыкальной литературой, основам дирижирования, теории музыки, пению в разных интерпретациях и многому другому.

черное пианино

Основным инструментом у меня, конечно же, было пианино, или, как было бы правильнее, фортепиано. Величественного черного красавца привезли мне родственники в пять лет. И уже тогда, одним пальцем старалась подбирать какие-то знакомые мелодии. Потом я пошла в музыкальную школу, где и начали развивать мои таланты, в частности слух, который оказался у меня абсолютным. Когда на сольфеджио мы стали писать диктанты (суть которых заключалась в том, что учитель проигрывал определенную мелодию, а мы на слух ее записывали), я обратила внимание учителя на то, что «инструмент звучит как-то не так».

Если, занимаясь на рояле, я списывала все на различие звука и акустику малого хорового класса, то на обычном пианино в классах я опять слышала какое-то отличие. Учитель догадался, что ориентируюсь я на свой домашний инструмент, и посоветовал мне настроить пианино, порекомендовав хорошего мастера из этой же школы. Он постоянно приводил в порядок все пианино в школе (а их было более двадцати) и один рояль, подстраивал их, чтобы неокрепший детский слух мог правильно формироваться. Я рассказала об этом родителям, и он тотчас же вызвали мастера.

Он пришел с небольшим чемоданчиком с кучей инструментов – разнообразных гаечных ключей, отверток. Среди всего этого также затесался и камертон, такой металлический, «двузубый» «камертон-ля».

В отличие от школьных пианино, мое было гораздо старше – на нем играла еще моя двоюродная бабушка в детстве. У него было три педали вместо двух, благородный черный цвет вместо коричневого и несколько большие габариты. Мастер одобрил мой инструмент, открыл большую крышку снизу, осмотрел, посоветовал положить туда какие-нибудь средства от моли для профилактики. Открыв верхнюю крышку, он приступил уже непосредственно к настройке пианино.

С помощью камертона он проверил правильность звучания первой октавы. Представьте себе качество пианино, которое не настраивали много лет, а оно сохранило гармонию звука. С верхними октавами тоже было все в порядке, за исключением одной клавиши, которую мастер незамедлительно подправил, подтянув струну ключом. Малая октава тоже не подвела. А вот большая и контроктава оказались «слабым звеном» — в них пришлось настраивать более пяти клавиш, причем только одна из них была черной.

Мне уже давно «резало слух» некоторая дисгармоничность при исполнении, причем именно со стороны левой руки, которая отвечает, преимущественно, за «сопровождение» основной мелодии, как бы достраивая, придавая глубину и величественность звучанию, устойчивость и завершенность. Я даже невольно не использовала некоторые клавиши, пробуя в аккорде заменять их другими созвучными. Это, запоминалось, и, исполняя потом произведения в классе, я, получается, совершала ошибки.

Потом мастер проверил созвучность и гармонию звучания всего пианино, играя октавы, терции и квинты на различной высоте. Осмотрев еще раз инструмент, он сказал напоследок, что если я буду заниматься столь же активно, то пианино необходимо смотреть хотя бы раз в год, чтобы по необходимости подтягивать струны.

Вся настройка пианино заняла около часа. На самом деле, этот мастер потом приходил ко мне всего один раз – через пару лет, а потом я и сама научилась настраивать пианино, все же девять лет в музыкальной школе не прошли даром. А этот мастер стал впоследствии моим учителем по гитаре, которую я выбрала вторым инструментом на шестом году обучения. И настраивать гитару не в пример легче, и взять ее с собой можно куда угодно. Но с чарующими звуками величественного фортепиано может сравниться разве что… орган.

Автор — Самсонова Анастасия Сергеевна.

Поделиться:
1 комментарий
Анжей 17 апреля 2013

Времена меняются, годы летят, а пианино всегда остается востребованным и удивительным инструментом, бархатные звуки которого, вызванные умелыми руками всегда пробирают до дрожи. Так же как вечна музыка, так и вечны люди, которые настраивают расстроенные музыкальные инструменты. Ничего не меняется, те же дяденьки с чемоданами. Как это прекрасно.

Добавить комментарий